основной блок коллажа
блок игроки и тренеры
блок красная машина
коллаж красная машина
Дата и время

СТАТЬЯ О ХОККЕЙНЫХ СИМПАТИЯХ РУКОВОДИТЕЛЕЙ СОВЕТСКОГО ГОСУДАРСТВА

Владимир Набоков
Владимир Набоков
обозреватель
Сергей Глухов
Сергей Глухов
обозреватель

20 декабря 2020

Леонид Ильич и другие официальные лица

Частная жизнь первых руководителей государств, будь то генсеки, президенты, премьеры, председатели или министры, всегда интересна для простых граждан. Даже не столько детали биографии или их работы, сколько детали отдыха и бытовых предпочтений тех, кто находится у власти, либо уже покинули свои посты, уйдя в историческую вечность.

хоккеисты в Завидово

60-е. Завидово. Хоккеисты сборной СССР на отдыхе

Советские граждане не имели представления о том, как живут, чем увлекаются в свободное от государственных забот время, представители высших эшелонов власти. А если, все же, до них доходила какая-нибудь информация, то базировалась она исключительно на основе слухов и банальных сплетен.

Официальные биографии вождей и людей из их партийного окружения настолько сведены к минимуму в бытовой составляющей, что каких-то человеческих черт в образах сильных мира сего практически не осталось. Историк Алексей Богомолов вспоминал, как, еще будучи студентом исторического факультета МГУ, был буквально поражен фразой из выпущенной в конце семидесятых официальной биографии Л.И.Брежнева. Там говорилось о том, что он «любит проехаться с ветерком, сидя за рулем».

Как же так? Для обычных водителей «с ветерком» было практически эквивалентно нарушению правил дорожного движения, а тут сам генеральный секретарь гоняет на машине… Это было одной из немногих человеческих черт, о которых упоминалось в довольно объемистой книге. Сегодня такую фразу политологи назвали бы «санкционированной утечкой» или «интересным пиар-ходом». Но в те времена она наталкивала людей на мысль о том, что те, кто стоит у руля государства — тоже люди. Но была у Брежнева еще одна страсть, которой он был предан бесконечно – хоккей.

Хоккей с шайбой появился в нашей стране еще при Сталине в 1947 году. Но сам «вождь народов» не был фанатом этой игры, как, впрочем, и спортивным болельщиком вообще, потому что спорт он считал лишь продолжением политики. Нелюбовь к спорту унаследовал от него и Никита Хрущев, который относился к спортивным состязаниям довольно прохладно, лишь изредка, как того требовал протокол, поздравляя игроков сборной СССР с завоеванием очередного "золота" на международной арене. А в свое время, как вспоминал его зять, журналист и писатель Алексей Аджубей, Первый секретарь ЦК КПСС и председатель правительства СССР чуть не сорвал поездку олимпийской сборной СССР на летнюю Олимпиаду 1956 года в Австралии:

Тарасов,Чернышев и Хрущев

Анатолий Фирсов, Анатолий Тарасов, Аркадий Чернышев и Никита Сергеевич Хрущев

— «...Помню, когда Хрущев узнал, что советская спортивная делегация собирается отправиться в Австралию на Олимпийские игры, он пришел в страшное негодование: "Какие игры?! В Египте война. Австралия — союзник Англии. Их там арестуют". Он поднял трубку телефона и начал о чем-то нервно говорить с Булганиным. Я решил, что поездка, видимо, не состоится. Закончив разговор с Булганиным, Хрущев ничего мне не сказал, хотя понял, что я тоже собираюсь в дорогу. Однако на утро следующего дня в "Комсомольской правде" мы узнали, что делегация спортсменов все-таки отправится в Австралию и туда полетит группа журналистов. Видимо, уже поздно вечером Хрущева убедили в том, что неучастие советской делегации в Олимпийских играх могло бы показать нашу нервозность, неуверенность...»

А вот, сменивший Хрущева на вершине власти Леонид Брежнев был болельщиком довольно серьезным, и с особым удовольствием посещал хоккейные матчи. Именно в период правления Брежнева, хоккей в нашей стране приобрел статус спорта номер один, а сами хоккеисты были максимально обласканы властью. Капитан советской сборной 60-х Борис Майоров вспоминал, как после очередной победы команду приглашали не только в Кремль, где после награждения государственными наградами, спортсменов традиционно ждал шикарный банкет, но и в святая святых – охотничье хозяйство «Завидово». Для всех накрывался огромный стол прямо под открытым небом, и в такой непринужденной обстановке можно было не просто расслабиться после трудных матчей, но и решить различные вопросы бытового характера.

О страстном увлечении Леонида Ильича хоккеем рассказывал и его бывший зять, первый заместитель министра внутренних дел Юрий Чурбанов:

Гречко и ЦСКА

Анатолий Карпов и Леонид Ильич Брежнев

— «...Больше всего Брежнев любил ездить на хоккей с министрами обороны, сначала с Гречко, а потом с Устиновым. Все трое были страстными болельщиками ЦСКА. Болел за ЦСКА и председатель Верховного Совета СССР Николай Подгорный. Черненко хоть и дружил с Леонидом Ильичом, но более симпатизировал "Спартаку", а Юрий Владимирович Андропов формально считался болельщиком "Динамо", хотя мне кажется, был равнодушен к игре.

Не очень любили хоккей Суслов и Пельше, так, за компанию приезжали в Лужники. Обычно приезжали во Дворец спорта незадолго до начала игры, поднимались на второй этаж. Сначала, насколько я помню, ходили по лестнице, а потом, наверное, к Олимпиаде, построили лифт. За правительственной ложей было специальное помещение для отдыха. Стояли там и столики с напитками и закуской. Бывало, что выпивали все, кроме Суслова, по рюмке, а затем шли смотреть игру. Ассортимент напитков был не особенно широким: "Зубровка", "Столичная", коньяк. Болели достаточно спокойно, но довольно громкие обсуждения шли в перерывах.

Помню, как-то была игра ЦСКА-"Динамо", и армейцы проигрывали. Леонид Ильич после первого периода стал подначивать Устинова: "...Вот, как же так, столько денег на команду выделяется, а они проигрывают...". Министр обороны отшучивался: "...Ничего, сейчас исправятся". И действительно, как правило, в присутствии Леонида Ильича ЦСКА у "Динамо" выигрывал. А вот "Спартаку" армейцы могли проиграть.

А еще в перерыве, для развлечения, играли в домино. Или парами: Брежнев с Устиновым, Черненко с Андроповым, или каждый за себя. Леонид Ильич, когда ему еще разрешали врачи, мог во время игры закурить прямо в ложе. Курил он обычно "Новость" или "Краснопресненские". А однажды, когда у него не оказалось сигарет, попросил закурить у меня. Я в то время курил "Кент". Взял он сигарету, прикурил, затянулся и говорит: "...Ты, Юра, больше эти сигареты не кури. Наши лучше". С тех пор я в одном кармане носил "Кент" или "Мальборо", а в другом — "Столичные", вдруг еще раз Леонид Ильич закурить попросит...»

Гречко и ЦСКА

Министр обороны СССР Андрей Антонович Гречко со спортсменами ЦСКА

Заядлым болельщиком был и Министр обороны СССР Андрей Гречко, который настолько любил спортсменов своего ведомства, что мог устроить настоящий разнос, если его команду обвиняли в слабой игре. Офицер 9-го управления КГБ Евгений Дмитриевич Родионов, охранявший маршала с 1973 по 1976 год, вспоминал:

— «...Он болел за спорт. А вы знаете, что такое тогда был спорт. А ЦСКА — это вообще отдельная тема, особенно хоккей, футбол. Я могу пример привести. Был такой случай, мы взяли на подмену одного сотрудника Альберта Серегина. И когда он ехал с министром в машине, они стали разговаривать. "Ну, как там у нас?" — спросил Гречко про спортивные успехи армейцев. Серегин сказал, что ЦСКА проиграл, команда плохо играла. Маршал говорит водителю: "Николай, останови машину". Николай остановил машину, он говорит: "Товарищ капитан, выйдите из машины!" Вот такие случаи были...»

Алексей Богомолов вспоминал, как ему посчастливилось однажды наблюдать почти половину Политбюро во время матча ЦСКА — "Спартак" во второй половине 1970-х. Стоит сказать, что в те годы это было настоящее московское дерби, принципиальнейший поединок, и, как правило, борьба шла очень упорная, вне зависимости от того, какие места команды занимали в турнирной таблице:

– «...Поскольку сидел я в девятом секторе лужниковского Дворца спорта, то правительственная ложа находилась аккурат напротив, и я мог между делом наблюдать за поведением государственных лидеров. На игре были Брежнев, Устинов, Черненко, Андропов, Пельше и Суслов. Особых внешних эмоций руководители партии и правительства не проявляли. Живее других были Черненко и Устинов, которые время от времени обменивались какими-то фразами. Лицо Леонида Ильича больше напоминало застывшую маску, но как только армейцы забивали гол, он улыбался и даже аплодировал, хотя и без особого энтузиазма. А вот Суслов совершенно не интересовался тем, что происходит на площадке. Пришел он на игру с ребенком, по виду дошкольного возраста, которому, по всей видимости, было так же скучно, как и его деду. Малыш вертелся, а Суслов то и дело одергивал его. Больше, кстати, я его на хоккее не видел...»

В 70-х, во Дворце спорта «Лужники» существовал запрет на курение – всех просили выходить в перерывах на улицу, и диктор Валентин Валентинов, который объявлял о заброшенных шайбах, удалениях и пр., говорил в микрофон: "Уважаемые болельщики, в нашем Дворце спорта не курят". Как-то раз он сказал это в тот момент, когда Леонид Ильич закурил. К Валентину Валентиновичу, через некоторое время подошли сотрудники "девятки", охранявшие Брежнева, и убедительно попросили в присутствии Леонида Ильича не произносить эту фразу.

Заместитель начальника охраны Брежнева – Владимир Медведев в своей книге "Человек за спиной" вспоминал некоторые детали просмотров на высшем уровне:

— «...Где-то в первой половине 1970-х годов врачи категорически запретили Леониду Ильичу курить, и он стал делать это тайком. Курил даже в ложе Дворца спорта. Придем — сидит, смотрит. Достанет сигарету; а в это время диктор по радио громко объявляет: "Уважаемые товарищи! В нашем Дворце спорта не курят". Я говорю: "Слышите, Леонид Ильич?" — "Володя, это не для нас", — и украдкой в кулак затягивается. Ему, конечно, не хватало общения — обычного, человеческого, без лести к нему и подобострастия. Леонид Ильич отдавал предпочтение клубу ЦСКА. А в Политбюро многие болели за "Спартак", и он на другой день подначивал соратников: "Как мы вам вчера!.." Часто брал с собой кого-нибудь на хоккей или футбол. Черненко болел за "Спартак", тут уж Леонид Ильич подначивал его, не щадил. Приглашал он и Громыко, тот ни в спорте вообще, ни в хоккее в частности ничего не понимал — но ездил. В перерыве могли позволить себе рюмочку-другую выпить...».

Однако, стоит отметить, что присутствие первых лиц государства на том или ином мероприятии носило положительный оттенок для граждан страны советов. Ведь обстановка в мире оставляла желать лучшего и многие, попросту были уверены в том, что не за горами самая настоящая война. Но если глава государства появлялся в ложе, люди могли расслабиться – в стране полный порядок.

Сотрудники лужниковского дворца спорта с улыбкой рассказывают о забавном случае, который произошел в 1970-е годы во время одной из игр с участием ЦСКА. На матче тогда присутствовал расширенный состав высокопоставленных болельщиков - человек десять, во главе с Леонидом Ильичем Брежневым. Как только прозвучала сирена, которая возвестила о том, что первый период закончился и на площадке появилась снегоуборочная машина, все «хоккейное политбюро» скрылось в помещении за ложей.

Гречко и ЦСКА

Алексей Николаевич Косыгин и Анри Ришар

И вот начинается второй период, а их нет. Проходит пять минут, десять, а правительственная ложа пуста. Болельщики недоумевают - игра принципиальная, любимые команды вождей бьются не на жизнь, а на смерь, счет равный, а руководство страны в полном составе вдруг куда-то исчезло. Среди зрителей тут же началось нечто похожее на панику. Казалось, что хоккей стал интересовать болельщиков меньше, чем исчезновение генсека. В воздухе буквально повис вопрос: "Что такого могло произойти в государстве, чтобы вдруг все члены Политбюро срочно снялись и уехали с интереснейшей хоккейной игры?".

Кто-то запустил слух, что началась война. Кто-то вышел в фойе, чтобы посмотреть, стоят ли на стоянке у Дворца правительственные "ЗИЛы". Лимузинов не было! Напряжение нарастало, но вскоре всему нашлось самое простое объяснение. Дело в том, что во время перерыва сановные болельщики не только обсуждали игру, выпивали и закусывали, но и решили поиграть в домино, в просторечии "забить козла". И их внутренний турнир в какой-то момент оказался настолько увлекательным, что они решили закончить игру и не выходить на второй период в зал. Если бы они только знали, какую бурную реакцию вызовет их отсутствие и тем более появление!

Обеспокоенный зал в начале третьего периода встретил выходящих в ложу вождей „бурными и продолжительными аплодисментами, переходящими в овацию“. А "ЗИЛов", которые обслуживали членов Политбюро, на стоянке не было в соответствии с принятым регламентом таких поездок. Специальные автомобили обычно привозили пассажиров на игру, а потом отправлялись в кремлевский гараж, чтобы приехать перед окончанием матча или по вызову "хозяев".

Продолжение следует...