Дата и время

1979 год. Репортаж Юрия Цыбанева для еженедельниика "Футбол-Хоккей".

Юрий Цыбанев
12 февраля 1979 года.


11 февраля 1979 года войдет в историю хоккея как день переоценки ценностей. Перед стартом «Челлендж Кап» один из ведущих североамериканских тренеров Гарри Синден заявил: «Если нас побьют на сей раз, вы не услышите ссылок на «объективные обстоятельства». Профессиональная сборная была непросто побита, побита сокрушительно!

Это был исключительный матч. По горячим следам его события просто невозможно разложить по полочкам. Слишком много он вызвал эмоций... Знакомимся с составом нашей сборной. В воротах впервые за много лет в столь значительном матче нет Третъяка. Стоит Мышкин. По-прежнему нет Харламова, его заменяет А. Голиков. Тройки Макаров — В. Голиков— А. Голиков, неожиданно взявшей в предыдущих матчах на себя главную роль, нет вообще. Владимир Голиков получил травму, и с Макаровым играют дебютировавший накануне в главной команде страны Тюменев и дебютирующий Ирек Гимаев. 8 и 10 февраля в игре были отрезки, определившие ее ход. В первой встрече — начальные 10 минут, во второй — концовка второго периода. В третьем матче выделить, обособить несколько каких-то минут нельзя. Наша команда настойчиво вела свою линию всю игру и в итоге сокрушила сборную Национальной хоккейной лиги. В чем же была сущность этой линии? Начнем с того, что 11 февраля наша сборная показала почти наверняка самый быстрый хоккей в истории этой игры. В первой встрече канадцы взяли наших скоростью. В последней этой же самой скоростью они были обезоружены и подавлены. Делать все так быстро, как только возможно, — таков был девиз нашей сборной. Никакой возни с шайбой ни на одном участке площадки. Пусть даже в ущерб логике развития событий, рисунку игры. Но зато сколько динамики было в каждом эпизоде!

Возможно, Скотти Боумэн догадывался, какого рода испытание предложит ему Виктор Тихонов. Не случайно, надо полагать вместо вяловатых и не отличавшихся скоростью в первых матчах Дионна и Шатта в состав вернулись шведы Хедберг и Нильссон. Кстати, именно швед — Сальминг — одним из первых дал нашим понять, что в этот раз профессионалы деликатничать не собираются. В начале игры он проехал вдоль борта за нашими воротами и последовательно применил силовые приемы против четверых наших хоккеистов, хотя игровая обстановка этого не требовала. Просто для укоренения жесткого духа предстоявшей игры. Впервые вышел на лед бостонец Маркотт, видимо, с той же целью. Арбитр встречи, отважившись на одно удаление у канадцев, затем своими действиями намекнул, что разрешит им многое. Действительно, в стане хозяев еще было только одно удаление — Босси, ударившего в площади ворот Мышкина. Причем неизвестно за что, две минуты получил и наш вратарь. Это к вопросу об обстоятельствах, которые были против нашей команды.

Но ей в этот вечер незачем было на что-то ссылаться, столь несокрушимо настроились наши хоккеисты на игру. Редко приходится видеть, чтобы команда была такой сплоченной, как наша 11 февраля. Чтобы ни один хоккеист не уклонялся от силовой борьбы, а, наоборот, искал ее сам. Находил и выигрывал, разбивая игру соперников. И это ведь против канадцев!

От наших скоростей у профессионалов голова кругом пошла. Они подчас теряли в безостановочном движении вперед - назад смысл того или иного игрового эпизода. И когда Михайлов, получив шайбу от Голикова, вошел в зону хозяев, защитник Бек, проявивший раньше себя игроком строгим и жестким, как бы по инерции продолжал катиться назад. А наш капитан спокойно прицелился и забросил шайбу в дальний угол.

Понятно, что на реактивных скоростях трудно точно взаимодействовать. Но когда комбинации получались, это выглядело настоящим шедевром. Балдерис, владевший шайбой в углу зоны нападения (наши были в большинстве), мог бы по идее не торопиться. Так, очевидно, рассуждали и Савар с Беком, поглядывавшие в его сторону. А пока они поглядывали туда, к ним подкатил Жлуктов, и шайба с точностью до сантиметра легла на его клюшку, а затем была с ходу переправлена в ворота. Как же здорово играла наша команда, если даже «пятачок», свою «святую святых» профессионалы не сумели удержать! (Кроме описанного момента, с этой же точки Варнаков промахнулся в пустые ворота, а Скворцов попал в перекладину).

Наши же преуспели и в этом важном деле. Никакие маневры хозяев не могли отвлечь наших защитников от охраны ближних подступов ворот Мышкина. Причем они не просто были на месте, но и не давали там канадцам спуску — новое качество нашей обороны.

Пожалуй, как нигде, преимущество наших в скорости проявлялось в средней зоне. При развитии почти каждой атаки хозяев владевший шайбой игрок лишь несколько шагов мог сделать беспрепятственно. Потом его доставал наш крайний нападающий — все они участвовали в обороне добросовестно и смело, и, чтобы развить атаку, надо было обладать техникой Перро или Лафлера. Впрочем, в этой игре и они потерялись, и их хватало, за редким исключением, только на то, чтобы совершить бросок издалека. Как ни организованно оборонялись наши хоккеисты, лишить профессионалов и этого удовольствия им было не под силу. Это вообще невозможно. А в воротах сборной всего второй раз в жизни стоял Владимир Мышкин. Он за этот матч очерка на большую газетную полосу заслуживает. Здесь же приведем только список его побед. Спас ворота после проходов Лафлера, Робинсона и Перро, отразил мощнейшие точные щелчки Лафлера, Троттье, Хедберга, Босси, Ситтлера, Макдональда, Нильссона, Потвина, Гиллиса... Имена - то какие! Что могло вызвать до этой игры одно их упоминание рядом с фамилией Мышкина? Разве что иронию. Что ж, будем переоценивать ценности.

В конце концов все наши звенья сами себя вознаградили за проявленный ими несгибаемый коллективный дух. Произошло то, что было неизбежно: от тщетности усилий, от безысходности ситуации профессионалы раскрылись. Они начали «Челлендж Кап» с демонстрации технического искусства. Наши этим закончили. Гимаев и Балдерис обыграли защитника и вратаря Чиверса. Ковин, щелкнув издалека, выяснил, что правый от Чиверса угол защищен ненадежно. Это приняли к сведению Макаров, вышедший один на один, и Голиков, недолго думая, пробивший, когда наши остались в меньшинстве. 6:0!

Наша сборная выиграла «Челлендж Кап», «Кубок вызова», у сборной сильнейших игроков Национальной хоккейной лиги на североамериканском льду! Выиграла в период высшей спортивной формы у профессионалов. Хозяева очень настаивали на том, чтобы считать это соревнование главным в сезоне. Оно было для них главным на самом деле. Они жаждали объявить после победы в нем НХЛ ведущей силой в мировом хоккее. Теперь их проблемам не позавидуешь. Но это их дело. Мы знаем, сколько в этих матчах было «за» профессионалов и «против» наших. Не будем в такой счастливый миг победы повторяться. Сильнее становишься не от перечисления трудностей, а от их преодоления. А наша сборная, сборная Советского Союза, их преодолела. Скажем в конце лучше о людях, превозмогших все. Мышкин, Тюменев, Гимаев, по существу только в Нью-Йорке примерившие форму сборной и не растерявшиеся, Скворцов, Ковин, Варнаков, ставшие, по самому большому счету, боеспособной силой главной команды страны. Владимир Голиков и Макаров, все как-то державшиеся в тени и проявившие себя в матчах «Кубка вызова» неукротимыми в своем мастерстве. Считавшийся мягким защитник Федоров, не спасовавший ни разу и бывший одним из надежнейших в обороне. О старожилах сборной ничего нового не скажешь — все уже сказано.

Главное же в том, что как будто незаметно подросло новое, сильное хоккейное поколение, подросло во многих клубах. Его представители подтвердили это очевидно, выдержав очень серьезное испытание. Испытание прежде всего характера, духа соратников в коллективе - победителе. Именно наблюдая за матчами в Нью-Йорке, мы, как никогда остро, прочувствовали, до чего могуч наш хоккей!