Дата и время

Статья Александра Палладина - «Они были первыми» - отрывок из мемуаров «По скользкому льду».

«Они были первыми»

Александр Александрович Палладин ветеран отечественной журналистики, в 1970-80х годах работавший собкором в Канаде и США, рассказывает о первом для нашего хоккея чемпионате мира. О сенсационной победе советских хоккеистов и их главных соперниках из «Линдхерст Моторз». А также о том, что стояло за этой победой.

Александр Палладин


65 лет назад случилось эпохальное событие, с которого ведут отсчёт встреч отечественных мастеров хоккея с шайбой с родоначальниками этого вида спорта. О том, как оно освещалось у нас, можно прочитать в подшивках старых газет и журналов, в мемуарах и книгах наших соотечественников. Но вот как то же событие и то, что ему предшествовало и сопутствовало, выглядит в изложении замечательного канадского публициста, автора книги «Война на льду» Скотта Янга…

В 1954 году представлять Канаду на очередном первенстве мира по хоккею доверили команде из пригорода Торонто «Линдхерст Моторз». Замечу: далеко не лучший любительский коллектив в Стране кленового листа того времени (профессионалы в те годы в международных соревнованиях не участвовали). Клуб «Линдхерст Моторз» принадлежал местному автомобильному дилеру и выступал во втором дивизионе хоккейной ассоциации провинции Онтарио, где в те времена (цитирую автора книги «Война на льду») «играли те, кто любил хоккей и играл неплохо, но недостаточно хорошо, чтобы зарабатывать таким образом деньги… Ящик пива (после игры — А. П.) да фирменная куртка с эмблемой команды в конце сезона — примерно так это выглядело».

Скотт Янг

Книга Скотта Янга «Война на льду»

Скотт Янг

Скотт Янг

Как бы то ни было, хоккею игроки «Линдхерст Моторз» отдавали всё свободное время. Многие из них проводили на ледовой площадке вечера напролёт и частенько там же, не снимая коньков, ужинали. А по воскресным утрам полицмейстер не раз гонял их с катка: дескать, слишком шумите, на вас прихожане местной церкви жалуются…

Для полноты картины воспроизвожу картину канадской действительности той поры в описании Янга: «Зарплата в сто долларов в неделю считалась приличной… Только немногие счастливчики тогда имели машину, большей частью подержанную, а телевидение в Канаде появилось лишь годом раньше… В Соединённых Штатах сенатор Джо Маккарти вёл неустанную охоту на коммунистов… В НХЛ было всего лишь шесть клубов, и немало отличных хоккеистов, которые сегодня стали бы “звёздами” профессионального хоккея, были вынуждены прозябать в командах низших лиг».

Весной 1953 года клуб «Линдхерст Моторз» проиграл решающий матч за звание чемпиона лиги Senior B. Тем не менее именно этой команде выпал шанс лететь через год в Стокгольм. Дело в том — опять сошлюсь на Скотта Янга, — что «она оказалась лучшей канадской командой, готовой ехать» на мировой чемпионат. Впрочем, поначалу это в Канаде никого не беспокоило: родоначальники хоккея побеждали в 15 из 18 чемпионатов мира, в которых участвовали до 1954 года.

Не вняли канадцы и Рудольфу Коку, президенту шведского хоккейного клуба, в конце 1953 года приезжавшего в СССР. По его словам, всего за семь лет «русские так освоили эту игру, что прошли те времена, когда канадцы могли посылать в Европу кого попало в уверенности, что они всё равно победят». В Стране кленового листа его предостережение пропустили мимо ушей: мол, чего ещё ждать от руководителя клуба, проигравшего все три матча в нашей стране, — и 22 января 1954 года перед отъездом «Линдхерст Моторз» в Европу в газете «Глоб энд мейл» появилась заметка «Тренер “Линдхерст” утверждает, что его команда завоюет звание чемпиона мира».

Прибыв в Старый свет, по дороге в Швецию посланцы Страны кленового листа сыграли серию товарищеских матчей во Франции, Италии, Швейцарии и Германии. В первом из них — против сборной соотечественников, выступавших в английской хоккейной лиге, — канадцев ждал тройной сюрприз: невиданная, в 15 тысяч человек, толпа зрителей (на родине они редко когда собирали хотя бы пару тысяч болельщиков), разгромный счёт — 2:11 и… пиво, которое подавали вместо воды на скамье штрафников. Не привыкшим к подобной роскоши игрокам «Линдхерст Моторз» это так пришлось по душе, что под конец двое из них чуть не подрались… за право подвергнуться удалению.

За неделю до чемпионата мира канадцы приехали в Швецию, где провели два товарищеских матча со второй сборной этой страны. Сперва они потерпели неудачу — 5:6, но затем взяли убедительный реванш — 12:3, вызвав шквал критики со стороны шведских СМИ. Такого результата гости добились, по определению газеты «Свенска дагбладет», «с помощью грязных приёмов». «Шокирующим» назвал поведение канадских хоккеистов и комментировавший эту встречу корреспондент московского радио.

Иную реакцию шведской прессы вызвала советская сборная, тоже загодя прибывшая в Швецию и тоже сыгравшая несколько тренировочных матчей с местными командами: ею шведские журналисты восторгались. Наши, поясняет Скотт Янг, «играли в более чистый хоккей, вели себя вежливо и, в отличие от канадцев, охотно общались с журналистами». «СССР победил в области пропаганды, причём в самый мрачный период “холодной войны», вторит Янгу канадский блогер Карстен в статье, посвященной 60-летию хоккея в нашей стране.

26 февраля первенство мира, наконец, стартовало.

Скотт Янг

Скотт Янг

Титульный лист книги «Война на льду» с дарственной надписью автора

Соревнования с участием сборных Канады, СССР, Чехословакии, ФРГ, Финляндии, Швейцарии, Норвегии и хозяев турнира, выигравших чемпионский титул годом раньше, проходили в один круг по формуле «каждый с каждым». Сразу же стало понятно: главные претенденты на победу — канадцы и мы. Поначалу обе команды шли ноздря в ноздрю, повергая соперников почти с одинаковым счётом: родоначальники хоккея разгромили швейцарцев — 8:1 и норвежцев — 8:0, а сборная СССР победила финнов — 7:1 и тех же норвежцев — 7:0.

Затем, однако, канадцы в пух и прах разделали действующих чемпионов мира — шведов (8:0), заставив местную прессу «благодарить судьбу за то, что они прислали не сильнейших своих хоккеистов». Советская же сборная стала сдавать, не без труда одолев немцев — 6:2, которым «Кленовые листья» впоследствии накидали всё те же восемь шайб, пропустив лишь одну.

Потом наши и канадцы с одинаковым счётом 5:2 победили команду ЧССР, зато швейцарцев мы едва пересилили (4:2). По подсказке канадского тренера Грега Карри наши соперники применили тактику, в баскетболе именуемую прессингом по всему полю, а в хоккее — форчекингом (от английского слова forechecking), и это выбило сборную СССР из колеи, нарушив её комбинационную игру.

Тем временем «Кленовые листья» учинили разгром финнам. Те играли настолько безвольно, что уже к концу первого периода безнадёжно отстали — 0:7. В перерыве Грег Карри решил объясниться с финским коллегой: — Мы не собираемся вас унижать, просто хотим помочь нашему лучшему форварду Мо Гейлэнду установить рекорд заброшенных шайб. — Да нам всё равно, сколько вы забьёте, — признался финн. — Только не применяйте те же приёмы, как в игре с немцами , а то я сегодня с трудом уговорил ребят выйти на лёд….

В конце концов финны потерпели сокрушительное поражение (1:20), причём семь шайб — столько же, сколько в предыдущих пяти матчах вместе взятых, — забросил Мо Гейлэнд. Таким образом, к заключительной встрече со сборной СССР канадцы подошли с шестью победами из шести возможных.

Наши же в предпоследней игре споткнулись. Камнем преткновения для сборной СССР стали шведы. Их матч состоялся 5 марта в присутствии рекордного для чемпионатов мира числа болельщиков. Шестнадцать тысяч заняли все сидячие места на трибунах, и ещё две тысячи зрителей смотрели игру стоя.

Встреча проходила на открытом стадионе с искусственным льдом, из-за дождя превратившегося в снежную кашу. («Это всё равно, что кататься на коньках по овсянке», — скажет потом один из наших хоккеистов). Дождь, впрочем, вскоре прекратился, но повалил снег, лишивший нашу сборную главного козыря — скорости.

Впрочем, и у шведов игра в такой обстановке не клеилась. В результате первые два периода завершились при счёте 0:0. Но едва начался заключительный отрезок матча, как хозяева поля забросили шайбу. Отыграться отечественным хоккеистам удалось лишь за пять минут до финального свистка. 1:1, и агентство «Канадиан пресс» возликовало: «Кленовые листья” — без пяти минут чемпион», — ибо теперь им было достаточно свести решающую встречу с нашей командой вничью. В пользу такого прогноза говорила и заметная разница в соотношении заброшенных и пропущенных шайб: 57:5 у канадцев (15 голов было на счету Мо Гейлэнда), а у сборной СССР — лишь 30:8.

Линдхерст Моторз

Команда "Линдхерст Моторз", выступавшая под флагом сборной Канады на чемпионате мира 1954 года

Того же мнения были хозяева чемпионата. Наутро в кассах Королевского стадиона, на льду которого проходило первенство мира, открыли продажу билетов на дополнительный матч Швеция—СССР за звание сильнейшей команды Старого Света (в те времена в ходе подобных турниров чемпионов мира и Европы определяли отдельно, и в случае проигрыша наших канадцам мы и шведы набирали одинаковое количество очков, что потребовало бы переигровки). А в одной из шведских газет поместили карикатуру, изображавшую советского хоккеиста студентом, внимающим канадцу в профессорской мантии.

Сдержанно оценивала шансы нашей команды в игре с канадцами и отечественная пресса. О телевизионных трансляциях из-за рубежа у нас тогда и не помышляли, а радиорепортажи Вадима Синявского из Стокгольма были доступны не каждому, так что главным источником информации для миллионов советских людей была печать. Помню, как по дороге на каток на Чистых прудах я, взобравшись на обледенелый сугроб, читал на одном из газетных стендов корреспонденцию из шведской столицы с прогнозом о том, что вслед за матчем с канадцами сборной СССР, скорее всего, предстоит переигровка с «Тре крунур».

Как со временем выяснилось, неспокойно было на душе и у наших хоккеистов. Из книги Анатолия Салуцкого «Всеволод Бобров»: «В Стокгольме спортсмены из Страны кленового листа всё ещё уповали… на устрашающую силу легенд, окружавших канадский хоккей. Ходили слухи о том, будто бы некоторые североамериканские игроки швыряют шайбу с такой силой, что пробивают ею борта хоккейных коробок». В результате, пишет Салуцкий, «накануне матча с канадцами апартаменты отеля “Мальме”, где жили советские хоккеисты, напоминали собой лагерь русских войск перед Бородинским сражением: спортсмены во главе с капитаном Всеволодом Бобровым, вооружившись иголками и нитками, пытались хоть как-то усилить своё плохонькое, нестандартное защитное снаряжение, которым, по выражению канадской газеты “Телеграм”, “побрезговала бы даже самая захудалая университетская команда”. Бобров нашил на внутреннюю сторону свитера подкладку из войлока, предохранявшую живот, а к нагруднику приделал своеобразный фартучек».

Аркадий Чернышев

"Совет в Филях" - сборная СССР.

О том же впоследствии рассказал Аркадий Иванович Чернышёв. Он, в частности, вспоминал, как руководитель нашей сборной Борис Васильевич Мякиньков предложил «поберечь силы перед неминуемой переигровкой со шведами», поскольку, мол, канадцев не одолеть. «Должен со всей прямотой сказать, что и у некоторой части наших товарищей сначала царило пессимистичное настроение, — засвидетельствовал в своей автобиографии "Самый интересный матч" капитан советской ледовой дружины Всеволод Бобров.

— «Сравнивая число забитых нами и канадцами шайб, они делают вывод, что проигрыш неизбежен. Но спорт, к счастью, ничего общего с арифметикой не имеет. И в каждом конкретном случае побеждает тот, кто сильнее духом и телом в данном матче».

Впрочем, канадских хоккеистов перед решающим матчем тоже охватила нервозность.

— «Накануне вечером тренерам не пришлось загонять нас в постели: все легли задолго до отбоя», — вспоминал в разговоре с Янгом нападающий Джон Петро. — «Выспаться-то мы выспались, но назавтра нас всё равно было не узнать — так мы мандражировали. Мы ведь видели русских в игре и на тренировках, убедились в их высоких скоростных качествах и выносливости. А тут ещё отовсюду неслось: вы должны победить, вы должны победить!»...

— «Нервы были натянуты до предела», — вторил одноклубнику Мо Гейлэнд. — «Мы ведь бились за свою страну. Многие в нашей команде впервые очутились в такой ситуации и не понимали, что надо было просто выйти на лёд и сделать привычную работу... Чтобы разрядить обстановку, я рассказал анекдот. В ответ — гробовая тишина, никто даже не улыбнулся».

И вот результат: на шестой минуте Алексей Гурышев, а на двенадцатой — Виктор Шувалов забросили канадцам две лёгкие («детские», по выражению тренера «Кленовых листьев») шайбы.

— «Я был на льду в тот момент, когда наш вратарь пропустил первую шайбу», — продолжил свой рассказ Петро. — «Я глазам своим поверить не мог: Локхарт столько раз выручал нас в предыдущих матчах, а тут словно окаменел…»

Да что там Локхарт!

— «Даже наиболее шустрый наш игрок не поспевал за самым тихоходом-русским», — поделился со Скоттом Янгом центрфорвард Эрик Унгер.

Оттава джорнэл

Материал из газеты «Оттава джорнэл».

Гири к ногам его соотечественников, констатировал Янг, подвесила обстановка, царившая тогда за океаном:

«То был первый — но не последний — случай, когда перед игрой с русскими канадская хоккейная команда была взвинчена до предела, причём сами русские никакого отношения к этому не имели. Поступавшая в Стокгольм по телефону, телеграфу и дипломатической почтой реакция канадской общественности и прессы представляла собой густую смесь антикоммунизма и всякой чуши, присущей североамериканцам 1950-х годов».

«Оттава джорнэл» тоже сочла, что причиной разгромного поражения родоначальников хоккея шайбой от новичков стал охвативший канадцев массовый психоз:

«Мы попали в донельзя политизированную обстановку, хотя мы не политики, а хоккеисты», — сетовал Карри.

На восемнадцатой минуте матча Бобров, как канадцы ни пытались его нейтрализовать, прорвался сквозь заслон дюжих соперников и забросил третью шайбу, а за 25 секунд до свистка на перерыв Михаил Бычков довёл счёт до 4:0. «Переполненный стадион», — говорилось наутро в корреспонденции из Стокгольма, опубликованной норвежской газетой "Моргенпостен", — «стал свидетелем того, что хоккейный новичок обращался с канадцами как со школьниками». «Русские преподали канадцам урок владения клюшкой», — признала и «Оттава джорнэл»:

Во втором периоде Мо Гейлэнд размочил счёт, но в ответ канадцы получили ещё три шайбы, заброшенные всё тем же Шуваловым, а также Валентином Кузиным и защитником Альфредом Кучевским. Свисток об окончании второго периода, и на табло — 7:1 в пользу сборной СССР.

СССР-Канада

Финальный поединок между сборными СССР и Канады.

Концовка матча прошла в яростных атаках «Кленовых листьев». Об умении канадцев вести борьбу до конца я уже упоминал — как и об их драчливости. В том матче обе эти черты проявились сполна.

— «Судья перестал обращать внимание на нарушения правил нашими игроками», — признал Грег Карри в интервью Скотту Янгу. — «Мы то и дело сбивали русских с ног, но арбитр словно этого не замечал, лишь дважды удалив наших».

Советская сборная стойко оборонялась, но одну шайбу всё-таки пропустила. Зарядил дождь, лёд превратился в кашу, и тут нашим хоккеистам пригодились футбольные навыки: они стали пасовать шайбу не только клюшками, но и коньками, ещё и этим застав соперников врасплох.

И вот, наконец, финальный свисток. 7:2, победа! Неофиты хоккея с первой попытки завоевали корону чемпионов мира и Европы.

Кроме того, капитан нашей сборной был признан лучшим игроком чемпионата, хотя по количеству заброшенных шайб заметно отстал от Гейлэнда.

Как положено, по окончании матча команды выстроились друг против друга. Вышел на лёд и Грег Карри. Он встал рядом с капитаном канадцев Томом Кэмпбеллом и, когда вверх по флагштоку пополз серпасто-молоткастый стяг, угрюмо выдавил из себя:

— «Домой нам лучше не возвращаться…»

А в ответ на телефонный звонок корреспондента «Торонто телеграм» Карри произнёс:

— «Сегодня худший день в моей жизни: мне пришлось, стоя под дождём, смотреть, как поднимают русское знамя…»

Скотту Янгу тренер «Линдхерст Моторз» позже признался:

— «В раздевалке многие наши ребята плакали, коря себя за то, что подвели свою страну».

На следующий день сборная СССР вернулась домой, где их встретили с подобающими почестями.

Бобров шарж

Дружеский шарж на лидера советской сборной Всеволода Боброва в шведском журнале.

1954 год вообще был на редкость удачным для советских спортсменов. В феврале наши лыжники, как и хоккеисты, впервые приняв участие в первенстве планеты, завоевали больше всех золотых медалей — четыре. Затем Борис Шилков, Олег Гончаренко и Евгений Гришин заняли весь пьедестал почёта на чемпионате мира по конькобежному спорту, а через несколько дней такого же триумфа добились Лидия Селихова, Римма Жукова и Софья Кондакова. Летом же на чемпионате мира по спортивной гимнастике 11 (!) раз звучал гимн СССР в честь побед дебютантов этих соревнований — наших спортсменов, ставших лучшими как среди мужчин, так и женщин. Тогда же советские штангисты впервые опередили на мировом первенстве извечных соперников — американцев как в командном зачёте, так и по количеству высших наград.

И ещё несколько слов о триумфальных дебютах отечественных атлетов в том самом 1954 году. Наши силачи трижды поднимались на высшую ступень пьедестала почёта на чемпионате мира по вольной борьбе, 11 золотых медалей привезли с первенства планеты наши стрелки, а Владимир Куц первым из советских легкоатлетов стал лучшим в Европе в беге на 5000 метров. Наконец, наши спортсмены, дебютировав в знаменитой Королевской регате Хенли, победили в трёх видах соревнований по академической гребле, а в сентябре там же, в Великобритании, московский «Спартак» вырвал победу — 2:1 у футболистов лондонского «Арсенала».

Итоги же хоккейного первенства, пишет автор «Войны на льду», «вызвали беспрецедентный шум» за океаном. «Если проигрыш звания чемпионов мира американцам в 1932-м и четыре года спустя англичанам был приемлем, — поясняют авторы «Красного штурма», — то поражение от Советов сочли непростительным». Тех, кто норовил превратить хоккей в войну на льду, с головой выдала «Торонто стар»: «Жаль, что наши проиграли, лишив нас шанса поставить коммунистов на место». Владелец профессионального клуба «Торонто Мейпл Лифс» Конн Смайт даже грозился по окончании очередного сезона в НХЛ отвезти свою команду в Советский Союз, чтобы «показать русским, где раки зимуют». С него станется, заметил по этому поводу хозяин «Нью-Йорк Рейнджерс» Фрэнк Буше: оказавшись в СССР, Смайт, ветеран обеих мировых войн, чего доброго, затеял бы новую...

Как бы то ни было, заключают братья Фости, «хоккей навсегда изменился. Русские вступили в эту игру, чтоб побеждать».

Двадцать пять лет спустя ведущая канадская газета «Глоб энд мейл» поместила пространную статью с заголовком под стать некрологу: «В тот чёрный день в Стокгольме…». В ней — смесь непреходящего удивления («у русских в ту пору не было ни одного искусственного катка»), ностальгии и горечи («Линдхерст» стала первой командой родины хоккея, которая встретилась с русскими, и первой, которая им проиграла»).

По свидетельству «Глоб энд мейл», побеждённые боялись возвращаться домой: там их ждали разочарованные болельщики и норовившие пригвоздить к позорному столбу газетчики. В Канаде лишь единицы тогда сознавали, что их посланцы уступили сопернику, перед кем со временем не устоят и лучшие профессионалы. Потому-то в другой «чёрный» для канадского хоккея день — 2 сентября 1972 года — игроки «Линдхерст» рукоплескали нашей команде, одолевшей команду НХЛ. «Я ещё тогда говорил, что русским и "профи" не страшны, да меня поднимали на смех, — вспоминал ветеран «Линдхерст» Грей. — А прислушались бы, не были бы так ошарашены результатом, столь схожим с нашим собственным поражением, — 3:7».